Федор Михайлович Достоевский
Федор Михайлович Достоевский
1821-1881

Навигация
Биография
Произведения
Краткие содержания
Рефераты
Сочинения
Фотографии


Реклама


Error. Page cannot be displayed. Please contact your service provider for more details. (24)


"И. Ф. Анненский. Достоевский до катастрофы"
Федор Михайлович Достоевский - Рефераты - "И. Ф. Анненский. Достоевский до катастрофы"

ВИНЬЕТКА НА СЕРОЙ БУМАГЕ К "ДВОЙНИКУ" ДОСТОЕВСКОГО


Колорит ноября. Колорит туманной, мозглой петербургской ночи. Только не
теперь, а лет 50, а то и все 60 тому назад {1}. Кажется, Фонтанка. Над водой
повис плоский и опустелый мост, а ветер то поскрипывает фонарными столбами,
где тоскливо мигает что-то желтое, то выше колец взрывает черную воду
канала. Прохожих совсем мало. Да кому и ходить-то в такую ночь? А это что же
там метет из улицы в улицу, метет в самое лицо и за воротник шинели, и на
фонарь, и в реку?..
Снег? Дождь? Может быть, болезнь? Может быть, безумие... смерть?
Торопливые, мелкие шаги... Человек небольшого роста, пожилой, в енотах {2}.
Что-то вроде чиновника средней руки. Но отчего же он так бежит, точно
чего-то боится или точно за ним погоня? Погони нет, но его только что
выгнали из одного дома {3}. И из какого еще? Ведь это был почти что его дом,
от друга, от благодетеля выгнали... Что поделаешь-то? Завелись там
молокососы разные, женишки завелись; выживать да выживать, и видите - какой
оборот!.. и совсем даже безо всякой церемонии - русским, мол, тебе языком
говорят... Ах, да совсем не то же... Ну право же, не то, господа...
Наваждение это, дурной сон... А чтобы, действительно... чтобы одна рука
налегла на спину - и плотно налегла, а другая нахлобучила шапку, а третья..
Нет, этого, господа, как вы себе там хотите, а этого-то уж не было... Ну,
срезался - это так... Ох, постойте ж... Да неужто же так-то вот взяли да и
выгнали? Да, брат Голядкин, плохи делишки-то твои... Бунтовал - вот теперь и
расплачивайся... Слышишь - часы бьют.. {4} Не рано, поди. Денек-то ау! А
только как-то ты завтра, братец, отвертишься... Бежать скорее... И даль же,
господи... А расплата-то ведь, может быть, и раньше начнется, чем завтра...
Вот за этим поворотом и начнется, - за переулочком-то этим... Боже мой! Что
за странный вид у этого человека. Вы только взгляните... Он совсем опал и от
прозреваемого завтра, и от обиды, и от всего обилия даров петербургского
ноября. Вот он на минуту даже присел отдохнуть на тумбу под самым фонарем.
Енот его распахнулся и весь вымок. Одну калошу он уже посеял. Волосы
слиплись. Какой выцветший, вытертый, какой линялый человечек... И это он-то
бунтовал? Да еще как! Не дальше как сегодня утром он нарядил своего Петрушку
в ливрею с галунами, а сам он, этот измокший человечишка, только что
спущенный с лестницы, сел в голубую карету с гербами и разъезжал по
магазинам, вещей одних, поди, на тысячу рублей наторговал {5}. Позвольте, но
какой же это бунт, если и он хотел быть как все? И отчего же, скажите, Якову
Петровичу Голядкину не быть как все? Ну, в канцелярию не пошел... Так на это
же причины были... Не манкировать же ему было перед статским советником
Берендеевым... Пригласили человека на обед, ну он и поехал на обед,
покатался по Невскому, к доктору своему заехал {6} - и на обед... Да... И
что ж тут такого, - я не понимаю. А дом-то какой! Почтенный старец, так
сказать, убеленный... на службе лишился употребления ног и за это награжден
капитальцем, деревеньками, домком и красавицей дочкой {7}. Дом чиновный,
столичный дом... А он-то, Голядкин? Ведь уж так обласкан был, что и сказать
нельзя... Платье обновил для такого-то случая... карету взял. Вот тебе и
карета... Да чем же он, скажите, хуже других? Что тот-то, мальчишка-то в 26
лет и асессор, и с орденом... {8} Так ведь это что же, собственно?..
Непочтительно, мол, трактует... Так здесь вам, Андрей Филиппович {9}, не
канцелярия. Здесь мы на равной ноге. Вот тебе и на равной ноге. Просят, мол,
извинить, принять никак не могут {10}: не так здоровы... Ну, что делать...
Перекусил в трактире, а потом-то, потом-то что?.. Час стоял, два стоял, на
лестнице, за шкапами стоял, между скарбом всяким, умирал, изнывал, а
стоял... Ну что ж? Ведь и он, как другие, постоял, постоял да и пошел - и
довольно даже свободно вошел... Что ж, мол, и вы - гости, и я - гость... Я,
господа, сам по себе... Герасимыч, поправьте свечечку-то: видите - не прямо
стоит. Да-с, вошел и дар слова обрел, сердца тронул, почти что слезу
вышиб... Минута, две минуты внимания - и господин Голядкин восстановлен,
господин Голядкин опять на равной ноге со всеми этими людьми, - и надо же
было этой музыке: грянула - и все прахом... Какое уж тут к черту умиление...
Положим, господину Голядкину и тут пришла в голову счастливая мысль:
господин Голядкин не потерялся и с своей стороны был готов спасти положение.
Полька так полька, что ж, он, пожалуй, согласен и на польку.
Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 >>>

Федор Михайлович Достоевский - Рефераты - "И. Ф. Анненский. Достоевский до катастрофы"


Копирование материалов сайта не запрещено. Размещение ссылки при копировании приветствуется. © 2007-2011 Проект "Автор"