Федор Михайлович Достоевский
Федор Михайлович Достоевский
1821-1881

Навигация
Биография
Произведения
Краткие содержания
Рефераты
Сочинения
Фотографии


Реклама


"Н. К. Михайловский "О "Бесах" Достоевского""
Федор Михайлович Достоевский - Рефераты - "Н. К. Михайловский "О "Бесах" Достоевского""

отношения вполне объясняются действительным внутренним различием обоих лагерей. Далее, в каждом из них мы опять-таки видим только различия и различия. Люди, представляющие собою исключительные психологические феномены, уже сами по себе составляют нечто, трудно поддающееся обобщениям. А так как в "Бесах" эти люди суть большею частью только подставки для эксцентрических идей, то становится еще труднее стать на такую точку зрения, с которой все они сливались бы в понятие стада бесноватых свиней. В самом деле, эксцентрическая идея непременно стоит, если можно так выразиться, ершом, она не имеет ничего общего с идеями неэксцентрическими и другими эксцентрическими, так что ряд подставок для эксцентрических идей не подлежит никакому синтезу; нет ведь возможности подвести им итог. И потому, как ни старался г. Достоевский быть ясным, он этого не достиг.
К счастью, тут подвернулся "Гражданин". Потому ли, что идеи "Бесов" вообще сильно занимают г. Достоевского, или потому, что "Дневник писателя" пишется под непосредственным влиянием писания "Бесов", но дневник этот может быть рассматриваем как комментарий к "Бесам". Многие мысли "Дневника" высказаны уже в "Бесах" разными действующими лицами, и в особенности молодым студентом Шатовым, или, в переводе на язык действительности, убитым Ивановым. Комментируя "Бесов" "Дневником", мы уясним себе многое.
Николай Ставрогин, по первоначальному по крайней мере замыслу автора, должен был, по-видимому, быть самым заметным из действующих лиц романа, некоторым его центром. Вышла, однако, фигура с претензиями, но крайне тусклая. Шатов, Кириллов, Лебядкин повторяют ему одну и ту же фразу: "Вспомните, как много значили вы в моей жизни", но это значение остается невыясненным. Шатов ждет от Ставрогина многого, рассчитывая на его гениальность; Верховенский Петр тоже ждет от него многого, но в расчете на его "необыкновенную способность к преступлению". Все видят в нем отчасти натуру крайне сильную, а отчасти крайне слабую. Где-то за кулисами действует Ставрогин в качестве члена тайного "сладострастного" общества, "у которого маркиз де Сад мог бы поучиться", которое "заманивало и развращало детей". Когда-то, опять-таки за кулисами, Ставрогин "уверял, что не знает различий в красоте между какою-нибудь сладострастною зверскою штукой и каким угодно подвигом, хотя бы жертвой жизнью для человечества, что он нашел в обоих полюсах совпадение красоты, одинаковость наслаждения". Словом, это что-то очень бурное, необыкновенное, но вместе с тем что-то очень плоское, будничное. Так, например, Ставрогин давно записался в граждане кантона Ури, купил там маленький дом и зовет туда с собой по очереди трех ни в чем между собой не сходных женщин: экзальтированную Лизу, преданную Дашу и сумасшедшую Лебядкину. Ему, кажется, все равно, с кем скоротать свою бурную жизнь, но только непременно с женщиной, непременно в маленьком швейцарском доме, никого не видя, ничего не делая. Все поступки Ставрогина как-то изысканно необычайны. И особенно замечательно, что г. Достоевскому очень хочется показать, что он в здравом рассудке. Он даже нарочно для этого сводит его на время с ума: заставляет делать безумные выходки, которые, однако, по общему необъяснимо таинственному инстинктивному убеждению свойственны Ставрогину и в здравом уме. Роман даже тем и оканчивается, что труп самоубийцы Ставрогина анатомируют и "наши медики по вскрытии трупа совершенно и настойчиво отвергли помешательство". Это последние строки романа. Очевидно, г. Достоевский хотел тут разрешить некоторую психологическую задачу, но не только разрешения какой-нибудь задачи не вышло, не вышла даже постановка ее. Некоторое пояснение дела найдем мы в "Дневнике писателя" ("Гражданин", No 4). Там рассказывается следующая история. Один мужик взялся сделать какую угодно "дерзостную" штуку. Другой и заказал ему: пойти причащаться, но причастия не глотай, а возьми в руки и сохрани. Мужик сделал. Тогда деревенский Мефистофель повел его в огород, велел положить причастие на землю, зарядить ружье и выстрелить в причастие. "И вот только бы выстрелить,-- рассказывал потом мужик,-- вдруг предо мной как есть крест, а на нем Распятый. Тут я и упал с ружьем в бесчувствии". Затем мужик пошел каяться в грехах своих, почувствовал жажду искупления и страдания и отправился за советом к "схимнику, монаху-советодателю", который и наложил на него подходящую эпитемью.
Вот рассказ. Вместе с некоторыми из замечаний г. Достоевского он мог бы составить прекрасную монографию, в смысле описания и разъяснения данного случая. В качестве поэта г. Достоевский мог бы ограничиться собственно образным представлением развития "дерзостной" мысли, страшного страдания, последовавшего за ее осуществлением, и, наконец, наслаждения искупляющим страданием.
Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 >>>

Федор Михайлович Достоевский - Рефераты - "Н. К. Михайловский "О "Бесах" Достоевского""


Копирование материалов сайта не запрещено. Размещение ссылки при копировании приветствуется. © 2007-2011 Проект "Автор"