Федор Михайлович Достоевский
Федор Михайлович Достоевский
1821-1881

Навигация
Биография
Произведения
Краткие содержания
Рефераты
Сочинения
Фотографии


Реклама


"Н. К. Михайловский "О Достоевском и г. Мережковском""
Федор Михайлович Достоевский - Рефераты - "Н. К. Михайловский "О Достоевском и г. Мережковском""

которые всю жизнь одолевали его в будто бы тех же вопросах с противоположного конца. "Меня всю жизнь Бог мучил",-- говорит в "Бесах" Кириллов9, и это смело мог сказать о себе сам Достоевский. Он был прав, когда говорил, что прошел страшную школу религиозных сомнений, но ошибался, когда утверждал, что в конце концов выбрался на твердый берег веры. Он принадлежал к числу тех сильных людей (чем-нибудь сильных, Достоевский был силен своим страшным талантом), о которых говорит Версилов: они страстно хотят верить и принимают свои желания за веру10. Как Антей в борьбе с Геркулесом получал силу, только касаясь ногами своей матери-земли, и терял ее, будучи поднят на воздух, так Достоевский получал свою веру, только когда Бог становился для него "синтетическою личностью нации", а в отвлеченном от "русских порядков" виде он лишь "мучил" его. Следы этой мучительной внутренней борьбы повсюду рассыпаны у Достоевского. Его главные действующие лица, вплоть до Алеши Карамазова, или задают, или выслушивают вопрос: "Веруете ли вы в Бога?" -- или заявляют о своем неверии, или говорят о Боге и вере в него так замысловато, что выходит по малой мере двусмысленно. В этом отношении особенно достойны внимания речи Кириллова в "Бесах", которого автор наделил неумением правильно выражаться по-русски, очевидно, именно затем, чтобы внешним образом замаскировать двусмысленность его речей. "Бога нет, но он есть",-- говорит Кириллов. "Бог необходим, а потому должен быть, но я знаю, что его нет и не может быть"11. О Ставрогине он выражается так: "Ставрогин если верует, то не верует, что он верует; если же не верует, то не верует, что он не верует"12. Сомнения и колебания Достоевского отражаются даже в ядовитых репликах Смердякова, которому старик Григорий может ответить только пощечиной за неимением возражений; но особенно в знаменитом "бунте" Ивана Карамазова, отнюдь не одиноко стоящем,-- в менее яркой форме этот "бунт" и раньше воспроизводился Достоевским -- в "Необходимом объяснении" Ипполита в "Идиоте", в "Дневнике писателя" 1876 года (глава "Приговор").
Та страстность, с которою ведутся "бунтовщиками" их бунтовские речи, не оставляет места сомнениям в том, что сюда вложено авторское задушевное, что это мучительно переживается самим Достоевским. Бунтовщики верят в бытие личного божественного Творца мира, но вера эта колеблется в них существующею в этом мире массою бесцельного, с человеческой точки зрения, зла и страдания, которому они не находят оправдания. Временами мир представляется им каким-то "бесовским хаосом", как Ивану Карамазову, "дьяволовым водевилем", как Кириллову, "наглой пробой, чтобы только посмотреть: уживется ли подобное (человеку) существо на земле или нет", как самоубийце в "Дневнике писателя". И эти кощунственные мысли рвут им сердце, они страстно ищут выхода из одолевающих их мучительных противоречий и сомнений и наконец находят его,-- но не для себя. Человек, говорят они, есть существо, ограниченное тремя измерениями Эвклидовой геометрии, и в своей ограниченности не может понять царящей во вселенной гармонии. Но есть "миры иные", недоступные человеку, где все противоречия сглаживаются и цели каждого явления, кажущегося нам злодейством или страданием, получают свое объяснение. Но для "малосильного и маленького, как атом, человеческого эвклидовского ума" эти миры недоступны и, собственно говоря, не существуют; доступно только сознание возможности их существования. Затем, однако, мелькает надежда и на доступность, по крайней мере отчасти.
Старец Зосима в одной из своих "бесед и поучений" ("О молитве, о любви и о соприкосновении мирам иным") пишет: "Многое на земле от нас скрыто, но взамен того дано нам тайное, сокровенное ощущение живой связи нашей с миром иным, с миром горним и высшим, да и корни наших мыслей и чувств не здесь, а в мирах иных. Вот почему и говорят философы, что сущности вещей нельзя постичь на земле. Бог взял семена из миров иных и посеял на сей земле и взрастил сад свой, и взошло все, что могло взойти, но взращенное живет и живо лишь чувством соприкосновения своего таинственным мирам иным; если ослабевает или уничтожается в тебе сие чувство, то умирает и взращенное в тебе. Тогда станешь к жизни равнодушен и даже возненавидишь ее"13. Таким образом, по крайней мере "чувства соприкосновения" человек не лишен, оно роднит его с этими таинственными иными мирами. А при некоторых особенных условиях и прямо приподнимается завеса, отделяющая жалкий человеческий эвклидовский ум от иных миров. Любопытно в этом отношении одно не лишенное остроумия рассуждение Свидригайлова. "Я согласен,-- говорит он Раскольникову,-- что привидения являются только больным; но ведь это только доказывает, что привидения могут являться только больным,
Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 >>>

Федор Михайлович Достоевский - Рефераты - "Н. К. Михайловский "О Достоевском и г. Мережковском""


Копирование материалов сайта не запрещено. Размещение ссылки при копировании приветствуется. © 2007-2011 Проект "Автор"